Юрий Крупнов (krupnov) wrote,
Юрий Крупнов
krupnov

Война за русский шельф: государственники против западников. Нефть и суверенитет

  В настоящее время в российских элитах разгорается война за русский шельф. Эта война накладывается на уже подспудно начавшуюся войну ключевых северных держав за тот же русский шельф.
   Пояснял ситуацию в эфире "Русской службы новостей", РСН (13 августа 2012 г.).


Стенограмма эфира:

Юрий Крупнов: Третий тип новостей – фундаментальный, потому что, на самом деле, мы и даже без отпусков в рабочей ситуации пропускаем вещи, о которых пишут, но которые нам не очень всем понятны. Вот, скажем вещи, связанные с арктическим шельфом. 2-го августа, если брать конкретный новостной повод, т.е. 10 дней назад Медведев назначил руководителем рабочей группы по подготовке программы освоения шельфа Аркадия Дворковича. В этом смысле это, на мой взгляд, фундаментальная новость, в том числе и имеющая кадровое значение, поскольку, на мой взгляд, здесь происходит очень серьезное столкновение в наших элитах вокруг вопроса вообще шельфа. Потому что есть две «партии», если так можно назвать. Вот одна, которую, как мне кажется, представляют Дворкович и Медведев, - это партия, которая заинтересована в том, чтобы под триллионы свободных на сегодня на мировом рынке денег западного капитала, по сути, шельф подарить. Там понятно, что и нам какие-то крохи перепадут, останутся и т.д. И есть партия государственническая, которая достаточно, может быть, и невнятно выступает, точнее я надеюсь, что она есть, но, судя, по отдельным заявлениям, и в том числе и Путина. Он, кстати, в мае проводил соответствующее мероприятие уже как Президент. И он в начале апреля как Председатель Правительства это обсуждал. И государственническая позиция, которая связана с тем, что это фундаментальная, сложнейшая проблема на 30-40 лет освоения арктического шельфа, по сути, это наша энергетическая и экономическая безопасность в районе 25-го-40-го гг., просто критическая. И это нам нельзя отдавать. И вопрос встаёт в плоскости допускать-не допускать частые компании и ограничивать западные. И в этом смысле, как я понимаю, Дворкович и Медведев и  Правительство все очень заинтересованы в том, чтобы запустить туда частные компании, а, соответственно, Путин и отдельные, возможно, кто-то около Путина, те, кто видят, что нельзя этого допускать, поскольку, на самом деле, и с частными компаниями придет иностранный капитал. И сами частные компании у нас - очень сложное явление.
Наталья Гончарова: Такая теория заговора.



Юрий Крупнов: А понимаете ставки очень высоки.
Наталья Гончарова: Вы говорите, по сути дела, про тот самый пресловутый раскол тандема.
Юрий Крупнов: Да, но мне здесь важен не сам тандем, то есть я не политолог, чтобы разбираться в каких-то перипетиях. Мне важно другое. Вы поймите. В мире реально триллионы свободных денег. Потому что все рынки упали, не то что упали, убиты. Вкладывать куда-то в промышленность, или скажем в нынешнюю промышленность, или, скажем, вкладывать в ипотеку и жилищное строительство США ну все это уже никто не вкладывает. Дома рушат по всему США и т.д. Гигантское количество свободных транснациональных корпоративных средств, средств сумасшедших капиталов.
И их нужно куда-то вкладывать. Есть континентальный шельф, арктический шельф, который в значительной мере, пока мы не проиграли, не упустили, и не надо это проигрывать, принадлежит России. И вот это собственно, то, куда надо вкладывать гигантское количество денег, ну и, конечно, для того, чтобы потом все дивиденды получать самим.
Наталья Гончарова: Я хотела бы уточнить. То, что Вы описываете, как это оптимальнее назвать? Это противостояние бизнес-элит, или другая ситуация: кто-то разбазаривает богатства, а кто-то…
Юрий Крупнов: Я не хотел бы примитивизировать ни, допустим, Дворковича…я не хочу сказать там кто-то враги, не враги. Дело не в этом. Всё гораздо глубже и страшнее, потому что на самом деле я понимаю логику Медведева и Дворковича. Потому что Они говорят: технологий у нас нет, машиностроение убито,
British petroleum, помните в Мексике, какой страшной была экологическая трагедия, которая, собственно и до сих пор продолжается, а уж мы то с нашими плохими технологиями ничего не умеем, да и денег у нас очень мало мы здесь не сможем накопить, мировую надо элиту привлекать денежную, в том числе, а ей надо что-то отдавать. Поэтому давайте мы всех пригласим, им отдадим, а нам что-то достанется. Это позиция, прежде всего, технологической слабости, неверия в технологический суверенитет России. Вторая позиция понимает, что как в Сахалине было с соглашением о разделе продукции, которую мы чуть-чуть отыграли в 2003 г.- 2005 гг., когда мы все отдали и мы еще очень долго должны быть должны.
Наталья Гоначарова: Насколько сильна эта вторая позиция?
Юрий Крупнов: На мой взгляд слабовата, её надо резко усилить.

Наталья Гончарова: Другой вопрос Медведев и Дворкович итог вот этого Вашего рассказа это самостоятельные игроки?
Юрий Крупнов: Они, поскольку слабые в этом плане с точки зрения технологического суверенитета, они, конечно, слабые игроки. Они, конечно, представляют западный транснациональный капитал. Это, с моей точки зрения, очевидно. Еще раз повторяю, не в том плане, что они там как-то там брутально куплены, стоят на службе. Я говорю более сложную вещь, что они не верят в технологический суверенитет России, не понимают, как этот технологический суверенитет России обеспечить, а другая позиция, которая пока слабая, она смотрит на то, что это шельфовое освоение – для нас уникальный шанс выстроить своё уникальное машиностроение.
Вы знаете, вот например, берем Ханты-Мансийский Автономный Округ начала 1989-х гг., когда мы ничем не владели, Козырев стоит в МИДе и т.д.. Я вот помню был на одном совещании высокопоставленных нефтяников и были там высокопоставленные нефтяники типа Salomon Brothers. И, по сути речь о чем шла: по типу мы Вам продаем нефть, а мы вам все даем машиностроение, вплоть до шмоток и вплоть и еды. То есть Вы нам нефть, а мы вам все наши товары и продукты. И вот эта колониальная, по сути, политика, которая вполне может повториться на том, что мы должны оставить нашим внукам. Потому что если нам наши отцы буквально в 1960-х-1970-х гг., разрабатывая тюменскую нефть, тюменский газ, нам оставили то, за счет чего мы неплохо, кстати, живем, что мы оставим внукам? А шельф это и есть наше наследство, то, как мы относимся к нашим внукам. Поэтому либо мы это сдадим, либо будет выстроена государственническая позиция, которую нужно выстраивать. Она очень слабая пока..."



.


Tags: Арктика, арктический шельф, газ, нефть, разработка шельфа, русский шельф, технологический суверенитет, технологическое перевооружение, шельф
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments